Законы Ома теперь не знакомы. Почему физика теряет популярность у школьников и студентов

Не место для эксперимента

По данным Роспотребнадзора, физика в рейтинге выбранных для ЕГЭ предметов начала сдавать позиции в 2017 году. Тогда доля старшеклассников, которые выбрали этот предмет, впервые сократилась со стабильных 26-27% до 23%. И хотя в дальнейшем доля продолжила снижаться, физика все-таки удерживала второе место по популярности после "абсолютного хита" выпускников – обществознания. Но в прошлом году физика (16,8%) пропустила вперед биологию (19,4%) и информатику (17,5%).

Рост последней выглядел позитивным трендом для отечественной IT-индустрии. Тогда отрасль подсчитывала потери от массового переезда программистов за рубеж. Резкое же снижение популярности физики, а значит и числа потенциальных инженеров, расстроило промышленников, которым к тому времени уже поручили в условиях жестких антироссийских санкций усилить работу по импортозамещению и расширить выпуск сложной технологической продукции. Без грамотных специалистов это сделать невозможно. Говорят, что директор одного из саратовских предприятий отказался от уже профинансированного проекта по трехкратному увеличению производственных площадей только из-за дефицита подготовленных кадров, в том числе инженерных.

Почему же школьники все меньше увлекаются физикой, игнорируют ее в выпускном классе и не связывают с этой дисциплиной дальнейшую жизнь? Филипп Белов, кандидат педагогических наук, учитель физики Лицея прикладных наук им. Трубецкова, где этот предмет является одним из основных профилирующих, рассуждает: "Физика, математика, химия, астрономия – естественнонаучные дисциплины, между которыми множество тесных и глубоких связей. Почти на каждом уроке эти связи можно увидеть и использовать. Но в последние несколько лет я часто замечаю, что когда ученики приходят ко мне на урок физики, у них словно отключаются те отделы головного мозга, которые отвечают за математику, химию и прочее. Когда я показываю им применение на физике тех элементов математического аппарата, которые они изучали на уроках математики неделю, месяц или пару дней назад, они смотрят удивленно. А разве это и здесь нужно? Хотя, кажется, что это должно быть очевидно. Может быть, причина – особенность современного поколения, которое обладает клиповым мышлением, и им очень сложно формировать целостную картину знаний. Наверное, это одна из проблем, которые в том числе влияют и на снижение популярности физики".

Собеседник СарБК предполагает, что связь между предметами могла пострадать и от того, что педагогические вузы стали реже выпускать учителей с двойными специальностями, например, математика-физика или физика-информатика. А высокие результаты ЕГЭ по физике невозможны без крепких знаний математики и химии.

"Я понимаю, что те, кто задумывается о выборе физики для ЕГЭ, боятся, наверное. Потому что с преподаванием физики, надо прямо говорить, достаточно тяжело во многих школах. Широко распространены проблемы перегрузки учителей и нехватки кадров. Не так много специалистов, которые в этом направлении могут детей увлечь. И школьники, понимая, что не получат качественной поддержки, считают, что не справятся с экзаменом", — считает Белов.

По оценке ректора Московского физико-технического института Дмитрия Ливанова (бывшего главы Минобрнауки) две трети школ уделяют недостаточно внимания преподаванию физики. Там "ни один школьник" не выбирает этот предмет для ЕГЭ, цитирует руководителя вуза "Коммерсантъ".

Есть в этой проблеме и моменты, которые не зависят от рядовых педагогов. Анализ школьной программы показал, что за последние 30 лет количество предусмотренных для физики часов сократилось на 30%. Из учебного процесса постепенно исчезает тот самый эксперимент, в том числе в рамках лабораторных работ, который способен вызвать интерес к предмету (без помощника учителю некогда этим заниматься). Иногда обратиться к физике в старших классах не позволяет выбранный в девятом классе гуманитарный профиль (интерес к предмету появился, но догнать одноклассников из физико-математических групп очень непросто).

Удивительно, но по наблюдениям, олимпиадное движение по физике вовсе не снижает обороты и, кажется, не страдает от дефицита квалифицированных наставников. Возможно, им управляют правила приема в вузы – победитель олимпиады института или университета становится студентом еще до ЕГЭ. У одних получается и другие хотят так же.

Фото СарБК

 Физики в загоне

Филипп Белов считает, что единый госэкзамен по физике не является чрезвычайно сложным: "В содержании ЕГЭ по физике нет ничего из того, что не изучается в средней и старшей школе, то есть, не входит в государственный образовательный стандарт. Там нет никаких олимпиадных задач, которые бы решали единицы детей. Все задачи вполне знакомы большинству выпускников, которые освоили программу 7-11 класса. Набрать 100 баллов по физике, на мой взгляд, проще, чем по профильной математике, где есть несколько задач близких к уровню олимпиадных".

Заместитель директора института физики СГУ по социальной и воспитательной работе Алексей Титов добавляет: "Одно дело, когда ты хочешь поступить в МФТИ и тебе нужно сдать три экзамена на 280 баллов, а другое дело, когда ты хочешь поступить в вузы попроще. В этом случае сдать физику на удобоваримый балл, который позволит поступить на инженерное физическое направление, не сложно. Но об этом выпускникам никто не говорит. Сейчас вообще бум не-физиков".

Место физики в приемной кампании занимает информатика. Вузы с 2020 года дают возможность выбора между этими предметами на многих направлениях, а сдавать информатику, по устоявшемуся мнению, проще, чем физику. Не исключено, такое решение было принято в высшей школе для того, чтобы успешнее закрывать бюджетные места. Ведь по статистике, углубленно физику изучают 3% российских учеников, а места на вузовских инженерных программах резервируются под четверть выпускников. Значит, в проблемах предмета (и в слабой подготовке абитуриентов по профильной дисциплине) можно винить не только школьных учителей, но и вузы.

"Вузы здесь ни при чем, - считает Алексей Титов. – Выбор между физикой и информатикой предоставлен не для того, чтобы закрыть бюджетные места, а для того, чтобы избавить ребят от необходимости учиться на коммерческом отделении. Часто у них глаза горят, они стремятся на чисто айтишные направления. И если они вываливаются из бюджетного конкурса, то выбирают обучение на коммерческой основе, а рядом на физических факультетах есть IT-направления с бюджетными местами".

Фото СарБК

Впрочем, эксперт замечает, что абитуриентов пугает даже частичное присутствие физики в учебном плане вуза: "Тот, кто в школе физики не видел, у него создается впечатление, что будет страшно и непонятно. Хотя высшая математика в огромном количестве на IT-направлении тоже будет непонятна. Все дети, кто сейчас оказывается после 11-го класса в университете, видят много неожиданного для себя. Разрыв между средней и высшей школой увеличивается".

Собеседник СарБК положительно оценивает идею о том, чтобы поступающие на инженерные факультеты помимо ЕГЭ по русскому языку сдавали профильную математику, информатику и физику (в 2024 году это требование появится в инженерно-технических вузах, а с 2025 года — во всех), но предупреждает, что это вновь вернет участников процесса к вопросу преподавания в школах.

"По-хорошему надо взять физиков-преподавателей вуза и десантировать их в восьмые классы по школам, обеспечив им завидные условия труда. Тогда бы эффективность возросла, но, боюсь, только через несколько лет", — отметил Титов.

 В Саратове не все так плохо?

Почти все эксперты говорят, что физику из топ-3 ЕГЭ по выбору вытеснила популярность IT-специальностей. Этот тренд сравнивают с повсеместным желанием школьников в нулевых быть юристами и экономистами. Впрочем, специалисты в сфере информационных технологий действительно имеют высокие зарплаты. На них и рассчитывают сегодняшние выпускники. Председатель комитета по промышленности Саратовской областной думы Александр Анидалов, который обеспокоен "немыслимым" масштабом дефицита инженерных кадров на производствах, замечает: "Это иллюзия. Мы с представителями сферы разговаривали. Молодые специалисты, если у них нет стажа работы более пяти лет, получают те же 25 тысяч, когда выходят из вуза".

Другое мнение у директора кадрового агентства "ЭкоСтатус" Анны Саратовской: "У инженеров с базовым физическим образованием предлагаемый оклад не выше 45 тысяч рублей на саратовских предприятиях. Программисты различных уровней могут зарабатывать в разы выше, выбирая географию и компанию по своему вкусу. Родители и дети выбирают безоблачное будущее, делая осознанный шаг в сторону от физики".

При этом эксперт обращает внимание на универсальность специалистов с физическим образованием: "Они могут работать почти на любом оборудовании и в любой стране, потому что физика одинаковая везде, к тому же все физики знают английский язык. На практике легко перейти из одной науки в другую, более легкую — как программирование, где уровень решения задач проще, а уровень мотивации выше. Среди клиентов нашего агентства много кандидатов с начальным физическим образованием и с опытом в совершенно разных областях".

Фото СарБК

 Почти все собеседники СарБК высказались о необходимости в популяризации инженерных профессий. Александр Анидалов вновь предложил развивать промышленный школьный туризм: "Неужто увидеть, как работает электростанция, менее интересно, чем посетить музей гармошки, при всем уважении к гармошке? Мы в свое время посещали предприятия с образовательными целями. Например, наблюдали производство кислоты. А потом по учебникам только доучивали тему".

К слову, на федеральном уровне уже выработаны меры для восполнения дефицита инженеров-физиков. В разработанной концепции по развитию инженерного образования кроме требований о ЕГЭ по четырем обязательным предметам говорится о расширении сети профильных классов по физике и подготовке "современного экспериментального практикума" с необходимым дооснащением школ. Учителям будет предложено пройти переподготовку и повысить свою квалификацию.

К слову, Саратовская область может добиться здесь неплохих результатов, потому что в нашем регионе рекордного падения физики в рейтинге не произошло. В этом году обществознание будут сдавать 54,7% школьников, информатику – 20,4% (на 3% больше, чем в прошлом году), физику – 19,2% (в прошлом году — 18,8%). То есть у нас физика опустилась на третье, а не на четвертое место среди предметов, как в целом по стране. А в этом году даже продемонстрировала едва заметный рост.

Более прочные позиции физики в регионе эксперты Саратовского института развития образования связывают в тем, что "три вуза в области на большинство своих специальностей и направлений принимают в качестве вступительного испытания ЕГЭ по физике".

Значит ли это, что область сможет быстрее решить проблему дефицита специалистов с техническим образованием, сказать сложно.

Недавно ученые Высшей школы экономики усомнились в целесообразности расширения подготовки инженеров. Профессор департамента организационного поведения и управления человеческими ресурсами ВШЭ Елена Варшавская рассказала "Коммерсанту", что число работников с высшим инженерно-техническим образованием в стране с 2010 года выросло на 13% (с 6,1 млн до 6,9 млн человек). Эксперт замечает, что в этот период спрос на них не увеличивался, а напротив, скорее сокращался. То есть проблему дефицита инженеров следует решать другими способами. Например, за счет гонки зарплат, признаков которой на начало 2023 года в российских компаниях заметно не было, отмечает профессор.

Правда, промышленники имеют совсем другое мнение: по их словам, якобы за последний год произошел двукратный рост зарплат эффективных специалистов. Впрочем, и его вряд ли будет достаточно для того, чтобы сделать из инженерии такую же конкурентную профессию, как IT.