Так же, как все… У айтишников теперь конкуренция и "старые" зарплаты

Компании "стопают набор"

В прежние периоды отечественную IT-отрасль нередко называли одной из самых-самых растущих, самых перспективных для переобучения (до и после пандемии в Саратове срочным образом поменяли профессию архитектор сооружений нефтегазового комплекса, учитель немецкого языка, врач ультразвуковой диагностики, кандидат исторических наук и много других людей самых разных профессий). А теперь эксперты называют IT-рынок территорией, где происходят самые динамичные изменения. Ведь ещё недавно компании вели массовый подбор персонала, а сейчас настолько сократили спрос, что наблюдатели всерьёз стали говорить об избытке айтишников.

Директор по стратегическому развитию цифровой платформы "АгроСигнал". Владимир Коршунов вспоминает: "Когда наступила пандемия COVID-19, наблюдался аномальный рост найма ИТ-специалистов, компании брали сотрудников "на вырост", что привело к кадровому переизбытку после снятия ограничений. Ситуация усугубилась после 2022 года, когда с российского рынка начали уходить международные аутсорсинговые компании. Высвободившиеся разработчики пополнили пул кандидатов, а спрос со стороны корпоративного бизнеса, активно набиравшего айтишников начального уровня, снизился".

После начала СВО часто звучали противоположные заявления - о том, что много разработчиков уехало из России и это обострило дефицит разработчиков. IT-компании жадно набирали кадры, потому что перед отраслью стояла задача срочного импортозамещения программного обеспечения. Штаты были укомплектованы, а процесс создания собственного ПО оказался не таким масштабным, каким его представляли сразу после объявления санкций. В кулуарах говорят, что сейчас в организациях и на предприятиях всеми неправдами продолжают пользоваться импортными программными продуктами, потому что это гораздо дешевле, чем создавать свои. Поэтому работодатель не нуждается в новых кадрах, а тем более в молодых и неопытных.

В том, что на рынке образовался избыток разработчиков, есть ещё одна причина. Сейчас аналитики спорят о близости российской экономики к стагфляции и в этой неопределенной ситуации компании ожидаемо "стопают набор", как говорят айтишники, и даже урезают персонал.

"В прошлом году часть компаний проводили оптимизацию, - отмечает заведующая кафедрой управления персоналом ПИУ РАНХиГС, кандидат психологических наук, доцент Наталья Моисеенко. - Я бы не хотела говорить, что они проводили сокращения сотрудников. Всё-таки речь шла об оптимизации кадрового состава. Под неё попадали отдельные специалисты и целые команды, которые работали над проектами, перспектива которых становилась неопределенной".

Участники рынка вспоминают, что похожая ситуация была в кризисном 2008, а затем в 2014 годах, но спустя какое-то время спрос на разработчиков восстанавливался. Поэтому очереди в IT-компании из программистов можно было бы считать временным явлением, если бы не фактор нейросетей, замечают в компаниях. Эксперты рынка утверждают, что сегодня искусственный интеллект (ИИ) может неплохо, на уровне среднего студента, написать код. Поэтому опытный "сеньор" (специалист с большим количеством навыком и знаний), вооружённый технологией искусственного интеллекта, обходится компании дешевле, чем группа из "сеньора" и нескольких "джуниоров" (начинающие специалисты), которыми он руководит.

К слову, в мире наблюдается такая же тенденция. Представитель израильского офиса одной из международных IT-компаний в комментарии СарБК заявил, что внедрение ИИ серьёзно повысило планку квалификации кадров: "Мы практически перестали нанимать рядовых разработчиков. Последний "джуниор" был принят 6 лет назад".

Программисты - новые экономисты

На фоне заявлений о том, что в стране появилось слишком много IT-специалистов (об этом начали говорить ещё в 2023 году), в Саратовской области растёт число тех, кто учится в колледжах и вузах на направлениях, связанных с информационными технологиями. В этом году число таких студентов выросло на четверть. Надо отметить, что IT-специальностям обучают в регионе 6 вузов и 26 (!) техникумов и колледжей. В прошедшую приёмную компанию на айтишные направления поступило на 46% человек больше, чем в 2024 году. Большой набор обеспечивается не только желанием абитуриентов получить айтишную специальность, но и большим числом бюджетных мест. В СГТУ, например, в прошлом году в Институте прикладных информационных технологий и коммуникаций ждали 203 бюджетника (в Институте энергетики - 145, в Институте электронной техники и приборостроения - 140). И ещё 556 внебюджетных мест. В этом году число бюджетных мест на IT-направлениях в этом вузе ещё больше - 256. Плюс 533 мест предлагается занять на коммерческой основе. В СГУ - 157 бюджетных и 88 платных "вакансий" на знаменитом факультете компьютерных наук и информационных технологий (КНИТ).

Настало ли то время, когда необходимо более детально определить потребность сферы в кадрах? Ведь о том, что стране не хватает миллиона разработчиков в минцифре говорили и после пандемии в 2021 году, и после начала СВО в 2022, и в прошлом году (хотя участники рынка утверждают, что число вакансий к началу года сократилось минимум на 20%). Это укрепляет общественное мнение о том, что IT-образование гарантирует востребованность и, как следствие, высоченные зарплаты уже на старте карьеры. А общественное мнение о перспективных профессиях и так обладает железобетонной устойчивостью. В приёмных комиссиях рассказывают, что среди абитуриентов и их родителей до сих пор юрист и экономист являются весьма популярными направлениями. Сколько бы шуток про их избыток ни звучало, желающих получить эти специальности не убавлялось - бюджетных мест в последнее время было крайне мало, так шли на коммерческие (принимали почти всех). В этом году с абитуриентами будут общаться языком ограничений - в вузах введено регулирование платного приёма.

Бизнес-психолог Ольга Балашова подтверждает: "Я как психолог соглашусь, что установка - это штука, которую надо, как старую одежду, перетряхивать и смотреть, что не модно, что уже не носят, какими из них уже нельзя руководствоваться. Но установку не так просто изменить, особенно, если она базовая, в ценности уходящая. Тогда человек будет её всячески защищать, искать из вне подтверждение, что он прав. Это быстро не проходит. Установка меняется или в том случае, если происходит какой-то кризис и человек понимает, что это не так, или он сам решает проверить, верно ли он думает".

Наталья Моисеенко на вопрос о том, настало ли время пересматривать число бюджетных мест на IT-направлениях, ответила: "Я не сторонник резких ограничений в возможности получать высшее образование по разным направлениям. Начинающему индивидуальному предпринимателю, который решает создать стартап, без минимальных юридических, экономических или знаний в области работы с персоналом не обойтись. Но он не может позволить себе, особенно на первоначальном этапе, нанять экономиста, юриста, HR-специалиста. У него может быть отличная идея, но из-за того, что он примет какие-то неграмотные решения, проект может закрыться. А во-вторых, профессии трансформируются. В IT-сфере необходимо формировать комплексную компетентность. Сегодня ценится айти-специалист, который разбирается в бизнес-процессах, в медицине или сельском хозяйстве. Это то, что называется смежные, вторые профессии. И мне бы не хотелось, чтобы мы с видоизменениями рынка труда в IT-сфере с водой выплеснули бы и ребёнка".

Наблюдатели утверждают, что участники рынка самостоятельно регулируют процесс - сократили число курсов по подготовке разработчиков. Слушателей после стажировки теперь не берут или редко берут в штат.

Отдельный вопрос - объёмы и качество подготовки айтишников в рамках среднего специального образования. В IT-компаниях весьма нелестно отзываются о том, как обучают в вузах - даже на вроде бы признанном КНИТе (к работе более или менее готовы только половина выпускников, утверждают саратовские эксперты). Вряд ли учреждения СПО превосходят в этом вопросе вузы.

При этом, вопрос перепроизводства айтишников волнует участников не только российского рынка. Представитель IT-компании из Израиля рассказал, что в стране выпущено в 2 раза больше специалистов, чем требуется. Правда, он считает, что часть из них могла бы трудоустроится, если бы снизила свои требования к зарплате. А пока они ждут лучших предложений, их места занимают индийские гастарбайтеры. В Индии же рынок активно потребляет разработчиков всех категорий - от "джуниоров" до "сеньоров".

"Перспективы уже не те"

На вопрос о том, как сегодняшнему абитуриенту оценивать перспективу IT-образования, Владимир Коршунов отвечает, что учиться на разработчика, который "просто пишет коды", скорее всего, уже не стоит: "Если воспринимать сферу IT как узкую технологическую сферу, перспективы там, действительно, уже не те. Но совсем другое дело, если рассматривать ИТ, как часть более широкой инженерной структуры. Я имею в виду инженеров в широком смысле слова - людей, которые создают что-то полезное, что помогают другим работать или решать задачи. Вот такие инженеры точно будут нужны всегда. Вопрос, в чём именно будет заключаться их работа. Это будет не обязательно написание кода. Возможно, это управление ИИ-агентами, проектирование систем или разработка грамотных технических планов. Инженерный подход, системное мышление - это то, что точно остаётся".

В неофициальных беседах в компаниях говорят о том, что теперь только с базовыми навыками хорошую работу не получишь и высоченную зарплату с пятилетним стажем не потребуешь. Планка вхождения в проекты сильно выросла. Раньше брали рабочие руки, а теперь если и трудоустраивают молодых специалистов, то берут верных кандидатов в "мидлы" и "сеньоры".

При этом востребованность состоявшихся профессионалов не изменилась. "Спрос на ИТ-специалистов на рынке труда сильно упал в массе, но сохранился на квалифицированных инженеров, выдающих конечный результат", - уточняет Коршунов.

В итоге можно сказать, что если раньше в сфере, связанной с информационными технологиями, был аномальный рост зарплат (они росли буквально двузначными темпами) и аномально низкая планка вхождения на рынок, то теперь картина становится похожа на остальные сферы - из-за сокращения числа вакансий появилась конкуренция (кое-где весьма высокая), нереальный рост зарплат прекратился. Более того, в некоторых сегментах IT жалования обвалились сразу на треть, писала "Газета.ru". В среднем в стране на одно рабочее место в IT претендует 18 резюме, в регионах представителям сферы в среднем платят 159 тыс. руб. (данные "Коммерсанта"). Впрочем, высококвалифицированные специалисты по-прежнему получают зарплату "намного выше рынка" (на сайте "Хабр Карьера" указано, что специалисты на позиции Team Lead Data Scientist зарабатывают от 385 до 781 тыс.) Но и это не предел. Principal-инженеры, которые определяют архитектуру всей экосистемы, могут получать больше миллиона рублей.

Наталья Моисеенко уточняет, что работодатели в IT-сфере стали чаще применять так называемые реферальные программы, то есть, прислушиваться к рекомендациям штатных сотрудников относительно новых кадров и больше внимания уделять внутренней миграции специалистов (так они экономят на массовом найме, повышают лояльность сотрудников, стабилизируют бизнес). Тем, кто решил получить айтишную профессию, эксперт советует заботиться о своей востребованности ещё во время обучения - осваивать дополнительные компетенции (вплоть до второго высшего образования) и подтверждать их с помощью современных инструментов (например, Национальная система подтверждения IT-компетенций, созданная в минцифры), формировать портфолио и учиться видеть перспективы - те новые направления, которые только начинают развиваться.

Завкафедрой не исключает, что на фоне падения спроса на IT-специалистов в свои первоначальные профессии могут вернуться те, кто сменил деятельность во время бума переобучения на программистов. Но не советует им спешить, потому что обладая, как минимум двумя профессиями, они имеют возможность стать уникальными специалистами. Именно такие сегодня особенно востребованы на рынке. Например, тот врач-диагност, которая почти 10 лет назад стала тестировщицей, сегодня может превратиться в востребованного IT-специалиста в сфере теле-медицины.