"Последние" на сцене ТЮЗа. Горький поссорил дворянскую семью

Дипломники Риммы Беляковой по сравнению с первым спектаклем решили кардинально сменить эмоциональный профиль. В январе 2014 г. в ТЮЗе они представили легкий и ни к чему не обязывающий водевиль "Лев Гурыч Синичкин". "Последние" - постановка совсем другого формата. Тяжелая, выматывающая, которая не позволяет расслабиться.

Дворянин Коломийцев фактически "продается" новой, постреволюционной власти. Он легко соглашается стать сначала полицейским в охранке, а затем занять место исправника, попутно оклеветав невинного человека в покушении на него. О чести Иван вообще знает немного. Имея пятерых детей, он умудрялся проигрываться в пух и прах в игорных домах, изменять жене, предавать друзей. Супруга Софья все время припоминает ему о проступках и искренне жалеет о том, что не вышла замуж за его брата Якова. Он, в свою очередь, был успешным промышленником, нажил большой дом, правда в следствие слабого здоровья семью так и не завел.

Уже позже выяснится, что Софья, будучи замужем за Иваном, родила дочь от Якова. Иван то ли что-то подозревал, то ли был в подпитии, но еще в младенчестве уронил девочку, от чего она на всю жизнь осталась инвалидом.

Постановка и пьеса вообще похожи на клубок трагедий, где одна нанизывается на другую, заставляя удивляться, сколько еще испытаний может выпасть на долю одного человека.

При том, что Коломийцевых жалко всех вместе и каждого в отдельности, пьеса все-таки разделяет героев на "плохих" и "хороших". Мерзкое поведение "плохих" дополнено аутентичным внешним видом актеров. Сам Иван Коломийцев (Михаил Емельянов) с шевелюрой, подернутой сединой, предстает человеком очень нервным, резким, даже колючим. Двигается он настолько "не добро", что об него, кажется, можно легко порезаться. Его дочь из числа любимых -  Надежда (Анастасия Бурмистрова), привыкшая жить по расчету, напротив, приторно приятна. Супруг Надежды, доктор по фамилии Лещ, и вовсе имеет наружность молодого Гитлера — мини-усики и челка зачесанная на бок всегда при нем.

Благостной концовки в истории о семье, где родственники открыто ненавидят друг друга, не будет. Коломийцевы живут с ощущением чего-то страшного, и оно логично происходит. Это как страшный суд, заставляющий, возможно, впервые трезво оценить самого себя. Но последние уже никогда не будет первыми, а плохие хорошими. Мертвую совесть разбудить невозможно, страх смерти всегда сильнее. По крайне мере, Горькому в этом вопросе стоит довериться.