Сериал "Достоевский". Гламурненький фильм

Это главный вопрос. Безотносительно к достоинствам и недостаткам картины Владимира Хотиненко с Евгением Мироновым в заглавной роли давайте признаем на уровне, так сказать, общественного договора: сам факт появления этой вещи на одном из ведущих отечественных каналов - явление отрадное и обнадеживающее. "Смена вех".

Не случайно и словно нарочно вслед за каждой серией "Достоевского" канал запустил ретроспективу легендарного сериала 90-х годов "Бригада". И там, и здесь "страсти роковые" и "от судеб защиты нет". И здесь, и там "русские мальчики", не желающие жить как все. И там, и здесь ключевое слово - "брат". Однако какие же разные смыслы!

За эти двадцать лет мы взяли свободы, сколько хотели, упустили ее сквозь пальцы (потому что в растопыренных пальцах ее не удержишь) и, кажется, вновь готовы задуматься не только о ее важности, но и о ее цене. В Америке-то это выбито на гранитных пьедесталах: Freedom is not free ("Свобода не дается даром"). Похоже, мы тоже несколько тупо и медленно начинаем это понимать. И здесь вспомнить о Достоевском в самую пору.

Достоевский ведь тоже взял на себя долги брата. Но не так, как это делали братаны из "Бригады". Как-то иначе. Он тоже поначалу шалел от дурных денег, выигранных в рулетку. "Надо же - как просто!"

Но как-то по-другому эти деньги ему отозвались.

Сериал не слишком "получился". А что бы мы хотели? Чтобы спустя двадцать лет после "Бригад" и проч. мы прямо-таки ухнули в метафизические бездны величайшего романиста всех времен и народов? Вдруг осознали, что там пряталось за его чудовищно напряженным лбом?

Гламурненький получился фильм, прямо скажем.

Но что бы мы хотели? Чтобы страна подпрыгивала на стульях от прямых высказываний Достоевского, от его невыносимой метафизики, от всех этих "проклятых" вопросов? "Надо же - как сложно!"

После того как еще совсем недавно один из прорабов перестройки публично обещал порвать Достоевского "как тузик грелку".

Так не бывает... Спасибо и на том, что хороший режиссер с прекрасными актерами напомнили телезрителям о Достоевском.

Тем не менее сериал вызвал множество нареканий. В том числе и специалистов по жизни и творчеству великого писателя. Прокомментировать картину мы попросили литературоведа и писателя, специалиста по творчеству Достоевского и Солженицына Людмилу САРАСКИНУ. Кстати, этим летом в серии "ЖЗЛ" выйдет ее биография Достоевского. Будем читать.
Прямая речь

Российская газета: В какой степени фильм Владимира Хотиненко соответствует реальной биографии Ф.М. Достоевского?

Людмила Сараскина: К сожалению, этот фильм мало соответствует реальной биографии Достоевского. Собственно, тут вообще нет биографии, а есть ряд пунктиров, плохо связанных между собой. Киноповествование начинается со сцены гражданской казни над петрашевцами, когда Достоевскому было уже 28 лет; однако создателей фильма не заинтересовали ни детство писателя, ни его учеба в Инженерном училище, ни первые литературные опыты, ни драматические отношения с тогдашними корифеями литературы - Белинским, Некрасовым, Тургеневым. Да и сама сцена казни показана с грубейшими искажениями - как будто не было сотен живых свидетелей, не осталось воспоминаний участников казни, в том числе писем самого Достоевского. Кажется, авторов фильма вообще не волновала проблема достоверности - столько в этой картине нелепых нарушений правды, передержек, недопустимого и необъяснимого своеволия. "Мы все будем вслух рассказывать наши истории и уже ничего не стыдиться... Заголимся и обнажимся!" ("Бобок").

РГ: Насколько убедителен Евгений Миронов в роли Федора Михайловича?

Сараскина: Я чрезвычайно уважаю талант и мастерство Евгения Миронова и хорошо помню, насколько органичен и прекрасен он был в роли князя Мышкина (фильм Владимира Бортко "Идиот"). Но тогда Евгений Миронов говорил с экрана языком романа Достоевского, а ныне - принужден был довольствоваться фразами из весьма слабого, поверхностного, путаного сценария Эдуарда Володарского. Разница остро и болезненно ощущалась; порой казалось, что произносимые тексты едва ворочаются в горле артиста. Но не могу не сказать и о потрясающей интуиции Евгения Миронова: в тех случаях, когда реплики соответствовали правде и попадали в смысл, артист мгновенно преображался, и эти мгновения были поистине драгоценны. Так, сцена, где он диктует стенографистке, своей будущей жене, Анне Сниткиной главы "Игрока", и в его вдохновенном исполнении звучат строки этого магического романа, понимаешь, как бы мог сыграть замечательный артист и всё остальное...

Очень обидно за Евгения Миронова: артиста с такой пластикой и такой богатой художественной палитрой, с таким ощущением правды, с такой способностью передавать мельчайшие оттенки сложнейших характеров нельзя использовать "на авось" - авось вытащит на себе провальный проект, авось оживит кое-как сбитый материал. Увы, именно этим как будто и пришлось заниматься ему в фильме, авторы которого, в своем стремлении "выйти из образа памятника", усиленно искали скелеты в шкафу, смаковали скандальные интимные детали, пребывая в уверенности, что сегодняшний русский зритель жадно ждет жестоких разоблачений литературного кумира и жаждет его окончательного развенчания. Снова по Достоевскому: "Любит человек падение праведного и позор его"...

РГ: Будет ли этот фильм способствовать росту интереса к творчеству Достоевского?

Сараскина: Этот фильм к творчеству Достоевского вообще имеет очень косвенное отношение. Может быть, у авторов фильма и была задача изобразить "гениальность в тисках порока", но гениальности здесь оказалось анекдотически немного, в основном же - "тиски" и "тиски": всё дурное, темное и преступное в героях Достоевского лихой и недоброй рукой приписано автору. Слабый, неверный, погрязший в долгах, "жалкий, мерзкий обманщик" (по отзыву пасынка Исаева), мрачный человек с тяжелым, "каторжным" взглядом, запойный игрок, несчастный эпилептик, эротоман-сладострастник - кто же поверит ему, когда вдруг, ни с того ни с сего он бросает утонченному либералу Тургеневу тяжкие обвинения, заочно клеймит западника Герцена, грозно обличает отечественных бесов, некрасиво дерзит отказавшей ему женщине ("вы всего лишь смазливенькая немочка"), при этом пропагандирует нравственность, патриотизм и веру в Бога? Какая цена тем цитатам-сентенциям из "Дневника писателя", которыми новооткрытый Достоевский разговаривает со своими многочисленными собеседниками? Ответ напрашивается: цена - грош.

Но кто же все-таки написал романы, которыми вот уже полтора столетия одержимо все читающее человечество? Кто стал национальным философом России? С каким именем рифмуется само понятие "Россия"?

Об этом фильм целомудренно и стыдливо умалчивает...