"Кремень". Переаттестацию проводит Шаман

Бывший майор краповых беретов Шаманов по кличке, конечно, Шаман (Владимир Епифанцев) приезжает в некий город навестить старого товарища. Город выглядит зловеще: все заборы оклеены рекламой местной милиции (не полиции), которая предлагает голосовать за порядок. Налетчиков на магазин, едва не переехавших на старой "Ниве" главного героя, быстро и с обязательным крушением полок обезвреживают милиционеры. Шаман же совершает ошибку — неуважительно смотрит на незнакомца в баре, его задерживают и доставляют в отделение; отягчающим обстоятельством являются наличие у героя огромного ножа и умение уворачиваться от разящих ударов дубинкой. Местным шерифом, то есть, конечно же, начальником милиции, служит тоже майор, бывший афганец (Павел Климов): он шутит с подчиненными, правда, довольно жестоко, жалуется на кучу проблем из-за удаленности от Москвы, маленькую зарплату и хвалится отсутствием в городе бандитов и хулиганов.

Но "когда в городе ничего не происходит, то и платить не за что", как говорит один из милиционеров коллеге-новичку.

Создавая условия для регулярного поступления платежей, местная милиция завозит в городок одноразовых преступников-гастролеров (тех самых), которых доблестно и ловит, да и вообще обеспечивает надежную крышу местным предпринимателям. С Шаманом, разумеется, разобрались — всё же майор ГРУ, почти свой: предварительно избив, ему возвращают нож.

"От таких, как ты, одни неприятности. Уезжай отсюда, майорчик. И это не просьба", — сказал ему на прощанье майор-шериф. Но прощания не вышло.

Чтобы снять сериал "Кремень", который в среду начал показывать Первый канал, его создатели (дебютанты-режиссеры Епифанцев и Александр Аншютц, а также сценарист Михаил Шульман) очень внимательно, несколько раз посмотрели американский боевик 1982 года "Рэмбо. Первая кровь" и, возможно, даже прочитали роман Дэвида Моррелла. Совпадений слишком много — от причины приезда героя в город (повидать старого друга) и пресловутого ножа до прорыва из отделения милиции и сцены, когда Шаман завладевает мотоциклом и уезжает на нем, преследуемый патрульными "Жигулями". Сходство с фильмом про ветерана Вьетнама усиливает желание милицейского майора расправиться с оппонентом своими силами, без привлечения федеральных резервов, но зато с вертолетами и собаками, а с книгой — пара трупов преследователей уже в первой серии.

Собственно, даже действие в обоих случаях происходит в глубокой провинции: Рэмбо и шериф не поделили городок в американском штате Вашингтон, а Шаман, судя по автомобильным номерам, оказался в Читинской области.

Отличия от "Рэмбо" имеются — как им не быть при столь неуклюжей попытке утрамбовать чисто американский сюжет в российские реалии? Возможно, Шаман бы последовал доброму совету и уехал, но начальник милиции вдруг (и не проводив гостя как следует, на собственной машине) решает силой добиться взаимности от девушки Насти (Анастасия Веденская); отставному спецназовцу приходится вмешаться, чтобы предотвратить насилие.

А где-то уже маячат сбежавшие из колонии уголовники: с ними главному герою предстоит разбираться в следующих сериях, напомнив зрителю о еще одном хорошем боевике — отечественном "Холодное лето пятьдесят третьего".

Впрочем, главная беда сериала "Кремень" не в циничном использовании голливудской и отечественной классики.

В конце концов, эпоха "рэмбоподобных" боевиков в советском кино началась не вчера: в начале девяностых фильмов про воина-афганца, который приезжает в родной город, чтобы разобраться с зарвавшимся мафиози местного разлива, было сделано предостаточно, и сейчас надо очень сильно напрячься, чтобы вспомнить хоть один из них. А уж "День "Д" 2008 года, режиссерский дебют Михаила Пореченкова, который перенес знаменитого "Коммандо" к родным березкам, и вовсе стал притчей во языцех как пример трепетного и ненужного смешения культового кино с русским колоритом.

И потому нет ничего сверхужасного в появлении еще одного отечественного "Рэмбо" как и в приходе на российский экран любого другого персонажа, выпестованного в Голливуде. Проблема сериала в другом.

"Первая кровь" — что фильм, что книга — рассказывала не столько о продажных копах (их в американском фильме просто нет) и о герое-одиночке, играючи побеждающем с помощью верного клинка сонмы врагов, сколько об обученном убивать ветеране проигранной войны, который реагирует на внешние раздражители единственным привычным ему способом. И, конечно, о тех, кто не в состоянии понять мотивы поведения бывшего солдата и не хочет помочь ему адаптироваться к мирной жизни.

Обо всем этом в "Кремне" не говорится ни слова: перенеся на экран картинку "Рэмбо", авторы не позаботились о том, чтобы вложить в неё хоть какой-нибудь смысл, кроме очевидной очевидности: если позволить милиционерам захватить наши города, то служители закона превратятся в преступников, да и мирным жителям придется несладко.

На выходе получилась бодрая инсценировка оригинального фильма, растянутая на несколько серий вместо привычных полутора часов и отягощенная привнесенными со стороны сюжетными поворотами, смесь банального заимствования и стремления рассказать очередное страшное про современную действительность.

Правда, работали телевизионщики с явной оглядкой и постарались — по возможности — не разрушать окончательно светлый образ правоохранительных органов, который заботливо пестовали в течение последних 15 лет "Улицы разбитых фонарей". Для того, видимо, и убрали оборотней в погонах подальше от столиц, в глушь, где милиционеры еще не в курсе последних инструкций, своего нового наименования и понятия не имеют ни о каких переаттестациях.