Главные киноповторы десятилетия. Зачем нужны ремейки

Чтобы понять, на чем держится бизнес киноностальгии, Forbes пересмотрел главные отечественные киноповторы десятилетия.

Карнавальная ночь: 50 лет спустя (2006)

Этот ремейк, а по сути фильм по мотивам рязановской "Карнавальной ночи", приуроченный к 50-летию выхода оригинальной картины, был показан зрителям "Первого канала" 1 января 2007 года. Именно тогда, как считает историк российского телевидения, автор "Истории блокбастеров в новой России: Фильмы, память и патриотизм" (Blockbuster History in the New Russia: Movies, Memory, and Patriotism) Стефен Норис, генеральный директор "Первого канала" Константин Эрнст осознал, что "бизнес ностальгии" может в корне переделать российское кино.

Эрнст был прав. Ремейки — лакмусовая бумага кинопроцесса — отражают множество экономических, политических, социальных и эстетических аспектов производства. Не секрет, что самое большое количество ремейков возникает, когда индустрия начинает терять аудиторию, поворачивающуюся к новым формам, будь то 3D, интернет или новые жанры. "Карнавальная ночь 2", будучи весьма посредственной с точки зрения сценария и исполнения и не набравшая достаточного рейтинга, тем не менее послужила синдромом многих российских ноу-хау жанра.

Технически она сблизила две формы производства и, соответственно, аудитории — кино и телевидение, открыв поле для межмедийных экспериментов. Эстетически — показала, что даже посредственная история при хотя бы косвенной поддержке культового оригинала может пройти в эфир. Политически — подготовила зрителя к тому, что журналист Леонид Парфенов уже долго называет "ренессансом советской античности".

Королева бензоколонки 2 (2004)
Упор на общее советское прошлое стал одним из главных посылов последней волны ремейков. "Королева бензоколонки 2" — украинский опыт воссоздания той самой "советской античности". Снятый телекомпанией Film.ua по заказу телеканала "Интер", фильм даже участвовал в конкурсе открытого фестиваля кино стран СНГ и Балтии "Киношок", не завоевав, правда, высокой оценки ни жюри, ни критиков. Что понятно.

Эта картина — своеобразное упражнение по созданию ремейка: перенести действие в современное время, повторить исходный конфликт с новым акцентом (АЗС, на котором начинает работать героиня Людмила, становится под ее управлением целым придорожным комплексом) и прописать хеппи-энд. В то же время это упражнение не смогло избежать и всех недостатков схематичного подхода — отсутствие изначальной "атмосферности", герои без прошлого и, как следствие, просмотр без удовольствия.

Ирония Судьбы. Продолжение (2007)
Самый ожидаемый и в то же время самый "нежданный" ремейк советской классики, тот уникальный вариант, когда залог успеха у аудитории (беспрецедентная популярность оригинала) мог стать одновременно и залогом поражения (любое отхождение от оригинала кажется ненужной подделкой). Шансов на то, что новая аудитория могла забыть или никогда не видеть оригинальный фильм, у создателей этого ремейка не было.

Именно поэтому на спасение картины от традиционной критики, "покушения на святыню", были брошены все силы: главный "голливудский" режиссер России Тимур Бекмамбетов, дорогие спецэффекты, бюджет на маркетинг, фактически равный бюджету всего фильма ($4,5 млн), главные звезды современного российского кино плюс возвращение актеров из первого фильма и ставка на "продолжение в наше время".

В экономическом плане фильм добился успеха — сборы в десять раз превзошли затраты на производство ($55 млн и $5 млн соответственно). Однако ремейка, который хотя бы близко подошел к оригиналу, не получилось. Слабой стороной стало отсутствие характеров уже в сценарии (результат погони за двумя зайцами — быть похожими на оригинальных персонажей и в то же время развить новый характер), ситуацию не спас даже на то время раскрученный дуэт Хабенский-Боярская. И, конечно же, отсутствие пресловутого "духа времени", так важного в первом фильме. Но получилось нечто большее — бесспорный коммерческий успех дубликата главного символа советского прошлого означал, что это самое прошлое может приспосабливаться к новой действительности и жить если не вечно, то еще очень долго.

Человек с бульвара Капуцинок (2009)
Успех "Иронии судьбы 2" породил целую плеяду менее качественных ремейков советских фильмов, выполненных по формуле "старое название — новое время", однако с гораздо меньшим размахом и старанием. Оказалось, не надо ни дорогих звезд, ни сценария, ни голливудского режиссера.

Первой ласточкой стал "Человек с бульвара Капуцинок". Маша Фест (Мария Миронова), внучка главного героя "Человека с бульвара Капуцинов" Джонни Феста (великолепно сыгранного Андреем Мироновым — странная двойная преемственность), приезжает в Россию, чтобы встретиться с миром "бабла" и кино. Неубедительная коллизия, впрочем, пародирует само производство ремейков: снимая даже плохое кино, героиня все равно выигрывает — деньги решают все.

Служебный роман. Наше время (2011)
"Служебный роман 2" — роман между руководителем рейтингового агентства Калугиной и финансовым аналитиком Новосельцевым — мало что сохраняет от оригинала, кроме фамилий героев. Однако здесь, в помимо ставшего уже традиционным описания мира денег и взяток, немало внимания уделено отношениям между главными героями.

Плоские изначально персонажи преображаются к концу фильма (все же сложно было не сохранить изначальную динамику героев Фрейндлих и Мягкова), а глянцевая картинка и звездный состав превращают-таки фильм в довольно неплохой ромком, но, к сожалению, ничем не связанный с оригиналом. Проблема в отсутствии деталей и бесхарактерности времени перерастает не только в проблему экономии на сценаристах (коммерческий козырь любых ремейков), но и, кажется, в проблему времени как такового — один за другим перенесенные из советского прошлого герои в российском настоящем превращаются в закомплексованных, не очень добрых и не очень умных красоток, покоряющих или сопротивляющихся миру "бабла", и влюбленных в них неудачников, которые редко вызывают симпатию зрителей.

Джентльмены, удачи! (2012)
Спродюсированный Тимуром Бекмамбетовым фильм, кажется, становится не просто ремейком советской классики, но и ремейком самой техники ремейка, предложенной Бекмамбетовым российскому зрителю. Волшебная формула "Иронии судьбы" повторена здесь полностью — за вычетом пятимиллионного бюджета на маркетинг и 55-миллионных сборов в прокате (фильм собрал $9 млн). В остальном картина демонстрирует, что урок возделывания нивы советского кино усвоен на твердую четверку: старое название, новые звезды, новогодняя сказка и счастливый финал. Причин смотреть такие фильмы мало, но пока работает схема, работает и производство.

Ку! Кин-дза-дза (2013)
Самый оригинальный и честный ремейк последнего десятилетия, несущий свою собственную эстетику и идею. Секрет в том, что старый материал вышел в кардинально новой форме — анимационной. Это позволило авторам не просто спекулировать на старой схеме, а создать свой эстетический мир. Действие картины (стандартный прием ремейка) перенесено в наше время, однако, это самое наше время показано едва ли не с лучшей выразительностью, чем в оригинальном фильме.

Кадры современной Москвы в начале и конце картины выполнены с документальной узнаваемостью (высший анимационный пилотаж), герои говорят и двигаются так, как говорят и двигаются москвичи сегодня, кажется, даже нарисованный снег идет под правильным московским углом. Единственный лишний элемент фильма — ставка на 3D,  чисто экономический прием, который оказывается совершенно ненужным на протяжении большей части картины, "снятой" в пустыне на практически плоском белом фоне.

Кавказская пленница! (2014)
Фильм, который не критиковал только ленивый, с точки зрения техники ремейка представляет собой довольно любопытный феномен, если не апофеоз жанра. Эстетика новой картины почти в точности повторяет эстетику оригинала. В каркас гайдаевской комедии встроены только беспомощно новые шутки и малоубедительные новые реалии (вроде "пенной вечеринки" и игры Angry Birds).

Полный возврат в прошлое, которое теперь даже не нужно маскировать под современность, — художники и костюмеры постарались так, что новую картинку с трудом можно отличить от оригинала, а все актеры подобраны и загримированы практически полными двойниками гайдаевских персонажей. Это абсолютная победа ремейка как механизма атрофирования коллективной памяти, коммерческого механизма ностальгии. В то же время ремейк эстетический, способный пролить новый свет на старый материал, интерпретировать и переродить, сравнить, в конце концов, гайдаевский Кавказ с путинским Крымом, отсутствует здесь полностью. Как результат — уже даже не ренессанс, а просто коллекционирование и архивирование советской античности.