Общество

Некоторые говорят: поскорее бы уже закончился этот 2020 год. Имея в виду, конечно, не смену календарных чисел, а вот это всё, что происходит. Были надежды, что год этот пройдет как-то спокойнее и интереснее и темы недели будут совсем другими. Что мы не будем писать об учителе, жестоко убивающем подругу и ее четырехлетнюю дочь. Не будем наступать на грабли, возвращаясь к дискуссии о "саратовском времени". Не будем смотреть за подковерными играми силовиков, которые вновь грозят судом 77-летнему юристу Ландо. Но 2020-й распорядился иначе.

Декабрь - ключевой месяц года. Подводить итоги можно в разных областях, но без сомнения 2020-й год стал чемпионом по изменению стереотипов и существовавших ранее установок.

В Саратове продолжают тасовать партийно-властную колоду. В ней смешивают и меняют местами функционеров разного ранга - только недавно выбранный в облдуму Сергей Грачев переходит на работу в мэрию. Потухшее было уголовное дело экс-главы ГУ МЧС Игоря Качева разгорается с новой силой - оправдательный приговор отменен, оно направлено на новое рассмотрение. В городе тем временем оценивают первые итоги реконструкции многострадального стадиона "Спартак". Пока ничья - со спортивной стороны плюсы, но вот архитектура сооружения явно понесла потери.

Ужас, варварство, разрушение основ. Так многие обыватели восприняли демонтаж части Саратовского театра оперы и балета. При виде падающих колонн было действительно трудно удержаться от апокалиптических настроений. И сразу им на смену пришли страхи - а что если восстановить разрушенное не получится? Их активно подпитывают слухи, вплоть до самых нелепых - о том, что театр снесут и на его месте построят то ли высотку, то ли ресторан. Над этими бреднями можно смеяться, но то, что горожане действительно почти ничего не знают о том, почему сносят театр и что с ним будут делать - это факт. "СарБК" обратился к экспертам, чтобы ответить на главные вопросы о реконструкции театра.

В стране остается актуальной задача по повышению степени утилизации твердых коммунальных отходов и двойному сокращению объема мусора, который отправляется на полигоны для захоронения. К 2030 году в России планируется достичь стопроцентной переработки ТКО. Об этом недавно заявляла зампред правительства РФ Виктория Абрамченко. При обсуждении путей достижения этой амбициозной цели она назвала и основные барьеры в реализации стартовавшей в 2018 году "мусорной реформы". Что тормозит масштабные преобразования в этой сфере в Саратовской области и что могло бы помочь решить проблему сбора и переработки отходов - в обзоре "СарБК".

До конца нынешнего года в Госдуме планируют принять во втором и третьем чтении законопроект о появлении в России обновленной версии вытрезвителей. Предполагается, что документ вступит в силу с января 2021 года. По замыслу его авторов, в регионах могут появиться как муниципальные, так и государственно-частные, то есть платные заведения. Эксперты считают, что эту услугу могут ввести действующие участники рынка - клиники, кабинеты по лечению алкогольной и наркологической зависимости. Новые же проекты бизнес планировать, скорее всего, не станет в условиях сегодняшней экономической ситуации. К тому же окупаемость вытрезвителей может оказаться под большим вопросом из-за низкой платежеспособности предполагаемых "клиентов". О том, можно ли реализовать идею в современных условиях - в обзоре "СарБК".

В Саратовской области на этой неделе у всех главных событий были свои "но". Жители пригородов выразили недоверие чиновникам, проголосовав против присоединения к Саратову. Но власти это особо не интересует, и по некоторым признакам видно, что объединение состоится все равно. Открыта "первая" в областном центре государственная аптека, впрочем, опытные люди говорят, что такое уже было, и долго она не просуществует. Во власти продолжается ротация: уходит начальник ГУ МВД Николай Трифонов, не оставивший заметного следа в делах региона.

Противники законопроекта об "экспресс-судах" по изъятию детей из семей празднуют временную победу - документ отозван из Госдумы на доработку. Впрочем, претензии к инициативе были и у тех, кто в целом одобрял идею о передаче прав по изъятию ребенка из семьи от органов опеки к суду. Самыми обсуждаемыми деталями предполагаемой законодательной новеллы стали срок принятия соответствующего судебного решения (всего 24 часа) и размытое понятие той самой угрозы для здоровья и жизни ребенка, которая позволяет пойти на крайние меры, а именно принудительно разлучить ребенка с семьей. Отзыв законопроекта последовал после волны обращений от граждан с просьбой не допустить принятия "циничного", "безграмотного", "чудовищного" документа.

В хронологии многолетнего земельного спора между министерством обороны и нефтедобывающей компанией "ЛукБелОйл" особым образом выглядит дата увеличения площади 42-го авиационного полигона. Это был мощный удар оборонного ведомства по бизнесу, так как в запретную зону военного объекта (где запрещена любая хозяйственная деятельность) попало месторождение Гурьяновское. Нефтяников обязали прекратить добычу и снести 35 объектов инфраструктуры. Ущерб предприятия оценен в 550 млн рублей, годовой бюджет страны потерял около 500 млн. Потенциальные потери остальных обитателей запретной зоны, а в ней находится несколько населенных пунктов Энгельсского и Ровенского районов, никто не рассматривал. При этом опыт особых территорий Минобороны в других регионах показывает, что жизнь "под крылом" военных порой связана с серьезными лишениями.

Кто-то все время пытается перевести нашу жизнь на военную риторику. Отголосок конфликта в Нагорном Карабахе докатился до Саратова в виде празднующих победу на улицах азербайджанцев. Ситуацию с ковидом некоторые политики тоже называют "войной", считая, что этим оправданы все наши нынешние жертвы. Как декорации каких-то боевых действий, стал выглядеть саратовский Театр оперы и балета. И очень хочется, чтобы все это побыстрее вернулось к миру.